Рубрика: Цитата

«Дора» (орудие большой мощности) калибром 800 мм. Вес снаряда — 7 тонн. Настоящее произведение искусства, однако совершенно для войны бесполезное».
Генерал-полковник Ф. Гальдер, служебный дневник, запись от 7 декабря 1941 года

Война полностью состоит из непредусмотренных событий.

Наполеон Бонапарт

Я люблю работу, она очаровывает меня. Я могу сидеть и смотреть на неё часами.
Джером К. Джером.

Пиво — это еще одно доказательство того, что Господь любит нас и хочет, чтоб мы были счастливы.
Бенжамин Франклин.

«Понедельник начинается в субботу».

«Отдай умклайдет, жывотнае» и «Сожран пещерн. медвед. во время охоты».

написано в 1967 году…

«… Во время работы на «объекте» выходных у него практически не было, работа над бомбой занимала все его время. Дома на разговоры о работе было наложено табу, и о том, чем занимался папа, я узнал от грузчиков из соседнего магазина…» (Воспоминания сына А. Д. Сахарова)

Существует ложь, вошедшая в нашу кровь и плоть… Ее называют чистой совестью.
Фридрих Вильгельм Ницше

Если мы тут, внутри, не можем понять, что и где, то кто нам снаружи может это гарантировать?
В. Черномырдин

Во время гражданской войны будущий лауреат Нобелевской премии по физике Игорь Тамм попал в плен к одной из банд Махно. Его отвели к атаману –  «бородатому мужику в высокой меховой шапке, у которого на груди сходились крест-накрест пулеметные ленты, а на поясе болталась пара ручных гранат».
— Сукин ты сын, коммунистический агитатор, ты зачем подрываешь мать-Украину? Будем тебя убивать.
— Вовсе нет, — ответил Тамм. – Я профессор Одесского университета и приехал сюда добыть хоть немного еды.
— Брехня! – воскликнул атаман. – Какой ты профессор?
— Я преподаю математику.
— Математику? – переспросил атаман. – Тогда найди мне оценку приближения ряда Маклорена первыми n членами. Решишь – выйдешь на свободу, нет – расстреляю.
Тамм не мог поверить своим ушам: задача относилась к довольно узкой области высшей математики. С дрожащими руками и под дулом винтовки он сумел-таки
вывести решение и показал его атаману.
— Верно! – произнес атаман. – Теперь я вижу, что ты и в правду профессор. Ну что ж, ступай домой.

Тамм так никогда и не узнал фамилию атамана.

Уолтер Гратцер «Эврики и эйфории»